Kirillov Vladimir Yurievich (kirillov_v_y) wrote,
Kirillov Vladimir Yurievich
kirillov_v_y

Categories:

О «симфонии властей» и «ереси цареборчества» 1

«Византийский принцип двух равноправных

Властей был не только прочен, но и совершенно

правилен. В пользу его правильности говорит

уже то обстоятельство, что он установлен

в период Вселенских Соборов, и ими признавался».

Лев Тихомиров

«Власть самодержавнаго монарха есть власть,

выросшая из Церкви, из церковнаго идеала,

органически с Церковью и по идее и по установлению

связанная и этим принципом ограниченная»

Михаил Зызыкин

«Иначе сказать, истинная самодержавная царская

власть та, которая относится к Церкви

на основе симфонии властей».

Архиепископ Серафим (Соболев)

Незадолго до открытия ноябрьского Архиерейского Собора РПЦЗ 2008 г. дала о себе знать некая, правда, небольшая группа «ревнителей», обратившаяся к зарубежным архиереям с заявлениями, в которых был поднят вопрос о невиданной доселе «ереси цареборчества».

Интересно, что некоторое время до этого события в Московской патриархии появились пламенные борцы с этой же «ересью», возглавляемые бывш. еп. МП Диомидом.

Характерно, что и у тех, и у других («зарубежных» и «московских») одинаковая терминология и сходные аргументы, базирующиеся на одних и тех же источниках, что говорит о том, что борьба с новоявленной «ересью» будоражит умы людей, определенной направленности вне зависимости от их юрисдикционной принадлежности.

После Архиерейского Собора РПЦЗ 2008 г. зарубежные «ревнители» недовольные действиями своих епископов, не пожелавших де разбираться в их заявлениях, объявили их чуть не поборниками этой новой «ереси» (которые своими действиями, якобы, «поставили себя в один ряд с еретиками цареборцами»), а некоторые в знак протеста вышли даже из подчинения своим епископам (т. е., фактически покинули свою Церковь).

Зарубежные «ревнители» царской власти также назвали «неправославной», и даже «ересью», позицию Архиерейского Собора в отношении необходимости «симфонии» между Православной Церковью и Российской монархией, как условие восстановления последней.

В связи с «обретением» новой «ереси», хочу предложить желающим материалы, говорящие об отношении Православной Церкви к вопросу Православной монархии, и на их основании попытаться разобраться в вопросах, поднятых «ревнителями».

Но оговорюсь сразу, что, несмотря на заверения борцов с «ересью», церковного «догмата царской власти» не существует. В том смысле, что не существует соборного постановления, принятого всей Церковью, согласно которому Она может осуществлять свою миссию только при монархии, являющейся в этом случае обязательной формой государственного правления. Поэтому, о «цареборчестве» как ереси, которая по логике вещей должна являться повреждением соответствующего догмата (Богооткровенной истины), можно говорить лишь в условном смысле, т. е., ставя слово ересь в кавычки.

Да и «цареборчество», как стройное и законченное учение (причем, религиозное), мотивирующее восстание против царя и его власти с целью установления другой формы правления, вряд ли существует и его элементы можно найти разве что в марксистско-ленинской или масонской революционной идеологии. Во всяком случае, Православная Церковь такое учение никогда соборно не определяла и не осуждала.

Причем, и сам термин «цареборчество» (если его понимать буквально) здесь не совсем корректен, т. к. правильнее было бы назвать определенную систему взглядов «царствоборчеством», т. к. царство (монархия), как форма государственности, не связана лишь с одним только царем, а является своего рода организмом, который Православный монарх возглавляет по особому благословению, данному ему Богом при помазании на царство, опять же через Церковь.

Но, несмотря на отсутствие «догмата царской власти» (как вероучительного определения, принятого на семи Вселенских Соборах и изложенного в Символе Веры), в Священном Писании можно найти немало мест, где упоминаются цари. Также имеются высказывания церковных писателей, законодателей и историков, в основном византийских, о роли царя и сущности царской власти. Ими же определен и разработан принцип «симфонии властей» церковной и царской, как основы существования Православной монархии. – И все это в совокупности можно назвать православным учением о самодержавной царской власти.

В церковной практике (сначала, византийской, а затем и русской) разработан был к тому же особый Царский Чин, включающий в себя помазание на царство Православного царя, «с целью преподания ему даров Святаго Духа, нужных для богоугодного управления страной», и связанный с этим чином богословский арсенал. Чин этот имел целую истории своего развития, начиная с IV-го века. При этом, «Помазание на царство не числится в семи таинствах Церкви» (http://ru.wikipedia.org), а является повторением таинства Мiропомазания, и упоминание о нем можно найти, начиная со второй половины Х-го века (подробнее на эту тему можно посмотреть здесь: К. М. Попов «Чин священного коронования». http://www.krotov.info/lib_sec/16_p/pop/ov_1896.htm).

Причем, «богооткровенное учение о царской власти отлично от догматического учения о Боге и его воплощенном домостроительстве. Оно отлично от этого учения не только по своему предмету, но и тем, что не имеет за собою всецерковного догматического постановления. Тем не менее, православное учение о царской власти, как и догматы Вселенских Соборов, основано на Св. Писании. Поэтому основные истины о царе и его власти можно назвать догматами царского и государственного права, как об этом свидетельствует М.[итрополит Московский] Филарет».

Согласно учению этого Святителя, основными такими истинами или «догматами», основанными на слове Божием, утвержденными «властью Царя царствующих и Господа господствующи» являются:

«Первая, что Бог посаждает царя на престоле, или иначе сказать: царская власть есть Божественное учреждение.

Вторая, что Бог посаждает на престоле царевом от плода чрева царя, то есть: наследственность царской власти.

Третья, что царская наследственная власть есть высокий дар Божий избранному Богом лицу, как об этом свидетельствует обещание сего дара с клятвою, а также и другое Божественное изречение: “Вознесох избранного от людей Моих” (Пс. 88,20).

Четвертая, что царская наследственная власть есть и для народа важный и благотворный дар Божий» (Архиепископ Серафим [Соболев] «Об истинном монархическом миросозерцании». http://www.rus-sky.com/history/library/sobolev1.htm).

Из этого отрывка можно выделить «коренные положения», а именно, что необходимо отличать догматы о Боге от догматов царского и государственного права, которые, несмотря на то, что черпают свое основание в Священном Писании, не имеют за собою статуса всецерковного догматического постановления, а также, что наследственная царская власть, как дар Божий, является Богоучрежденной формой правления.

Замечу при этом, что учение о царской власти, отчасти представленное и «ревнителями», выглядит на бумаге очень стройным, гармоничным и привлекательным (и в этот идеал действительно хочется верить), но, в тоже самое время, церковная история показывает нам, увы, много примеров искажения идеала Православной монархии, выразившихся в умалении или даже в отрицании «симфонии властей» и в насилии над Православной верою и Церковью (и Ее служителями) тех, кого Она Сама помазала на Царство.

В идеале Православный царь Помазанник Божий, должен быть носителем высокого образа Христа-Царя, «внешним Епископом Церкви», «защитником», «покровителем Православия», а в реальности, во что превращался этот образ, к примеру, в лице императоров-еретиков, отступников разного рода, гонителей Церкви, своим недостойным поведением развращающих своих подданных?

Во всяком случае, не в образ верховного защитника и хранителя догматов веры и блюстителя правоверия и всякого в Церкви Святой благочиния (как написано в своде Основных Законов Российской Империи), а в «мучителя» и в слугу дьяволова (преп. Иосиф Волоцкий). Поэтому, Православная Церковь, никогда не обожествляла и не идеализировала даже такую предпочтительную для Нее форму государственной власти, как монархию.

Создается впечатление, что у борцов с этой «ересью» присутствует тенденция непомерно возвысить царскую власть по сравнению с церковной и представить реальное ее воплощение только в виде идеала и оправдать при этом все ее деяния (а ее порфироносных носителей безоговорочно возвести в ранг святых лишь только потому, что Церковь их помазала на царство), – что приводит к неминуемым искажениям. И, борясь с одной «ересью», они впадают в другую ловушку («царебожничество» или «царепоклонничество»). Но такое восприятие монархии – ложное, языческое.

Поэтому, для «ревнителей» принцип «симфонии властей» (т. е. «созвучие» или гармония власти светской и церковной) с трудом терпим. По-видимому, 200-летний Синодальный период Русской Церкви, который они идеализируют, выветрил из умов всякое понятие об этом основополагающем принципе.

Примечательно, что главный борец с «ересью цареборчества», бывш. еп. МП Диомид, образовал недавно свой «Святейший Правительствующий Синод» на основании Указа императора Петра I-го от 25 января 1721 г. (т. е. «Регламента или устава духовной коллегии»), отменившего Патриаршество и учредившего вместо него «Духовную коллегию» (состоящую «из президента, двух вице-президентов, трех советников из архимандритов, четырех асессоров из протопопов» и позже переименованную в «Святейший Правительствующий Синод») и тем самым положившего начало Синодального периода. Согласно этому Указу император становится главным вершителем церковных дел (подробнее см. http://www.allpravo.ru/diploma/doc27p/instrum148/item701.html). Естественно, «царебожники» оправдывают это петровское деяние и не видят в закабалении Церкви императорской властью ничего страшного.

Непонимание сущности Церкви, происхождения власти, и в частности царской, как института, неразличение принципа от его конкретного воплощения, разнородности властей церковной и царской, а также важности принципа «симфонии властей» (в случае учреждения Православной монархии), приводит «ревнителей» к недоумениям типа: «а что, если не будет “симфонии” с Православной Церковью, то монархия не является единственной, Богоучрежденной и законной формой государственного устроения? Где в Священном Писании говорится об обязательности “симфонии”? Она желательна, но не является обязательным условием. И разве в истории нет примеров, когда взгляды царей расходились с мнением Церкви?» (http://www.suzdalgrad.ru/new/new-56.html).

В этих недоумениях заложена не только путаница понятий, но и незнание истории, как византийской, так и русской.

В связи с первым недоумением уместно будет задать риторические вопросы: Является ли конкретная монархия Богоучрежденной и законной формой государственного устроения, если она выродилась в тиранию, насилующую Православную Церковь? Или, например, священство, бывшее православным, но ставшее еретическим и отступническим, продолжает ли оставаться в качестве Богоучрежденной церковной иерархии? Или возгордившаяся часть Богоучрежденной ангельской иерархии, отпавшая от Бога, остается пребывать Богоучрежденной?

Очевидно, что нет. Господь насадил доброе, а не злое. В частности, Он создал добрых духов, а не злых бесов, которые стали таковыми по собственной воле в результате богопротивления и утеряли Богоучрежденность. Другими словами, Господь учредил Ангелов, а не демонов, которые отпали от Бога в результате самовластия.

Аналогично обстоит дело и с Православной монархией («монархией высшего типа» – монархией «новозаветной» – Л. Тихомиров). И в этом случае, Господь Иисус Христос учредил и освятил через Свою Церковь монархию истинную, которая является в силу этого Богоучрежденной и Богоугодной, а не ложную, ставшей таковой в результате царского богопротивления и самовластия.

О царской власти св. Григорий Богослов учил так: «Если бы всякая власть признавалась священной уже в силу факта своего существования, – Христос Спаситель не назвал бы Ирода “лисом”. А Церковь не обличала бы до сих пор нечестивых государей, защищавших ереси и гнавших Православие. Наконец, если судить о власти по признаку ее внешней силы, а не по внутренним ее нравственным достоинствам, то легко можно поклониться зверю, т. е. антихристу, которого пришествие будет со всякою силою и знамениями» (проф. Иван Андреев «Митрополит Анастасий – обличитель церковной политики безбожного коммунизма». Сборник «Луч Света…». 1970 г. Ч. 2. С. 203).

Продолжая эту тему св. Иоанн Златоуст и блаж. Феодорит писали: «Неужели всякий начальник поставлен от Бога? – не то говорю, у меня теперь речь идет не о каждом начальнике в отдельности, но о самой власти

Власть, как Божественное установление, есть по существу своему добро. Как и всякое другое Божие создание, обладающее свободной волей, оно может отступить от указанного ей назначения и превратиться в свою противоположность, т. е. во зло» (Окружное послание Арх. Собора РПЦЗ 1933 г.).

Туже мысль высказал и преп. Исидор Пелусиот (Творения, ч. 2, письмо 6-ое): «…начальство и власть царская установлены Богом. Но если какой злодей беззаконник восхитит сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему изблевать сие лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна жестокость» (проф. Иван Андреев «Митрополит Анастасий – обличитель церковной политики безбожного коммунизма». Сборник «Луч Света…». 1970 г. Ч. 2. С. 203).

Исходя из вышесказанного, безусловно Богоучрежденной является монархия (в данном случае Православная), как институт (или принцип) единоличной, самодержавной власти, а не каждая конкретная монархия, подверженная, как и любая человеческая организация, изменению в худшую сторону и могущая «отступить от указанного ей назначения и превратиться в свою противоположность». Иначе, можно принять за таковую (причем, «на законном основании») и лже-монархию антихриста.

Конкретная монархия является Богоучрежденной лишь при соблюдении ею определенного условия, а именно, следованию Божественному назначению, которое выражается в соблюдении принципа «симфонии» (тесного союза) с Православной Церковью, глава которой Сам Христос. Причем, наличие или отсутствие «симфонии» с Церковью и определяет состояние конкретной монархии.

Однако, даже наличие «симфонии» не мешает Православной монархии на каком-то этапе своего развития в результате «богопротивления» отдельных людей (носителей власти) уклониться от своего Богоугодного состояния и перейти в иное качество («т. е. во зло»), например, в тиранию, абсолютизм и утерять тем самым Богоучережденность.

И «Если монарх не будет смотреть на свою власть, как на полученную от Бога, но источником ея будет считать свою собственную волю, не ограниченную Божественным законом, то она будет абсолютистской по своему виду или проявлению» (Архиепископ Серафим [Соболев] «Об истинном монархическом миросозерцании». http://www.rus-sky.com/history/library/sobolev1.htm). Но, как писал Иван Ильин в «Наших задачах», «абсолютизм несовместим с самодержавием».

Следовательно, такая монархия, бывшая некогда Православной, становится уже «по своему виду и проявлению», неправославной, а потому и не Богоугодной, а лишь Им попущенной с целью «уцеломудрить тех, для кого нужна жестокость». Монарх в этом случае будет выразителем уже не Божьей воли, а «диаволовой». И власть абсолютистская, церковным законом не ограниченная, является по своей сути не самодержавной, языческой и незаконной.

«Абсолютный монарх, “все смеет” и “все может”, чего желает его политическая или иная похоть (“son bon plaisir”). Но самодержавный Государь “смеет” далеко не все, а лишь законное, законами предоставленное, правое, правовое, государственное, совестное, честное, Богу угодное. Тиран не связан правом и законом; он призван к разнузданию и осуществляет его в самых фантастических и свирепых формах. Но именно этим он роняет и позорит свое звание монарха. Напротив, самодержавный Монарх знает законные пределы своей власти и не посягает на права, ему не присвоенные; он знает, что Государь, не блюдущий право и закон, сам подрывает свою власть...» (Иван Ильин «Наши задачи». http://www.apocalypse.orthodoxy.ru/problems/137.htm).

Иначе говоря, если же будет разрушено естественное «созвучие» или гармония между Православным монархом и Православной Церковью, то это повредит, ослабит конкретную монархию, и будет способствовать, в конечном итоге, ее падению. Ибо, что Господь не насадил, то искореняется и погибает.

С другой стороны, «симфония» с Церковью не нарушает самодержавие Православных царей, а только сообщает их Богоданной верховной власти прочность и Божье благословение и, более того, указывает на ее Богоугодность. Блажен царь, который дорожит этим благословением и сам ограничивает верой свою самодержавную власть.

«Симфония властей» «есть плод православного миросозерцания и представляет собою акт, в котором власть православного царя и власть православной Церкви свободною волею естественно стремятся к взаимному единению, оставаясь самостоятельными каждая в сфере своей деятельности» (Архиепископ Серафим [Соболев] «Об истинном монархическом миросозерцании». http://www.rus-sky.com/history/library/sobolev1.htm).

Поэтому, истинная «симфония властей» есть принадлежность только Православной монархии, и ее нет, и не может быть в восточной деспотии или в западном абсолютизме. И чтобы Православной монархии «скатиться» до петровского абсолютизма, необходимо сначала произвести насилие над Церковью и уничтожить «симфонию» (собственно, что и сделал Петр Великий, сломав канонический строй Церкви и подчинив Ее управление государственной власти). И тогда повреждение «симфонии» приводит постепенно к повреждению в государстве «высшего принципа жизни» и к духовной деградации народа.

Так, «устранение Церкви как высшего принципа жизни и совершено было … в идейной революции Петра I через устранение идеи симфонии властей и замену ее идеей государственной пользы. Через устранение христианства как высшего руководителя жизни подрывается и личность человека, и она низводится до положения средства, орудия и даже жертвы на службе уже не откровенной религии, данной Богом, а разным измышленным теориям, приносящим человека в жертву бесцельному прогрессу…

Освободившись от церковных начал, государство возвращается к естественным началам государственной жизни. Оно подпадает под влияние языческих начал: материализма, крайнего эгоизма; снова разлагается семья, вознесенная в христианстве на степень Таинства; религиозное воспитание, имеющее в виду выработку нравственной личности, заменяется чисто гражданским, имеющим в виду только государственное общежитие и личность как единицу» (Михаил Зызыкин «Царская власть и закон о престолонаследии в России» http://rusinst.ru/articletext.asp?rzd=1&id=331).

Таким образом, упразднение «симфонии властей» (или освобождение от «церковных начал») говорит уже о привнесении в монархию, основанную на Православии и бывшую до этого Православной, разлагающих ее «языческих начал», что неминуемо приводит к деградации монархического строя и к его падению.

И в этом смысле, как показала история, этот взаимно поддерживаемый властями принцип («симфония») является не только «желательным», но и «обязательным условием», и, более того, своего рода критерием истинности Православной монархии (особенно в наш век подделок под истину).

И в силу этого принципа, если в Церкви произошло что-то неладное, долг Православного монарха сделать все возможное, чтобы навести порядок, т. к. он кровно заинтересован в гармонии с истинной Церковью. И с этой целью и собирались императорами Вселенские Соборы.

С другой стороны, по этой же самой причине, долг церковной иерархии указать императору на его неправильные, с точки зрения церковных законов, действия, как это сделал, например, свят. Амвросий Медиоланский, отлучивший от причастия Императора Феодосия, за его непомерную жестокость по отношению к фессалоникийцам. Святитель боялся более Бога, чем земную власть, поэтому дерзновенно выполнил свой христианский долг, а Православный Император, также боясь, прежде всего Бога, смирился с наказанием и поступил так, как предписала ему церковная власть в лице епископа. Вот на этом-то общем для всех страхе Божьим, как на прочном фундаменте, и зиждется Православная «симфония властей».

И в силу именно страха Божия, по-настоящему Православный царь (как и всякий православный христианин) должен согласовывать свои действия с правилами и уставами Православной Церкви и быть, прежде всего, «Божьим слугой». И об этом писал преп. Иосиф Волоцкий в своем «Просветителе» (Слово 7): «Если ты поклоняешься или служишь царю, или князю, или начальствующему, то следует поклоняться и служить потому, что это угодно Богу… Если же некий царь царствует над людьми, но над ним самим царствуют скверные страсти и грехи: сребролюбие и гнев, лукавство и неправда, гордость и ярость, злее же всего – неверие и хула, – такой царь не Божий слуга, но дьяволов, и не царь, но мучитель» (http://pokrov.gatchina.ru/library/iv7.htm).

Таким образом, имеется Богоучрежденная, Богоугодная, законная и истинная Православная монархия, как принцип государственного устройства, установленный Богом, и его конкретное воплощение, могущее далеко отстоять от своего предначертания.

Мысль о тесной взаимосвязанности в христианском обществе двух сил преп. Феодор Студит изложил так: «Бог даровал христианам эти два дара – священство и царское достоинство; ими врачуется, ими украшается земное, как на небе. Поэтому, если одно из них будет недостойно, то и все вместе с тем неизбежно подвергается опасности» («Послания». Книга 1. С. 54). И в этом смысле, недостойный император (по своей воле или по воле недостойного окружения) может принести большой вред Церкви и необдуманно довести свое государство до краха.

Subscribe
Comments for this post were disabled by the author